Свет в нас ярче. "Это то, во что мы преображаемся..."

Олег Пащенко о Встрече

Когда человек откликается на зов вечности, он вступает в область духовной жизни. А духовная жизнь, как ни странно, — это шаг в безысходное пространство, игра в заведомо проигрышную игру. Тем не менее в этом опыте с человеком происходит самое важное.

Сначала ты еще веришь, что можешь где-то в чем-то выиграть, надеешься, борешься, преодолеваешь трудности. Но потом ты понимаешь, что ты везде и во всем проиграл. Проиграл окончательно. Я думаю, в жизни христианина этот момент — самый важный. Именно в этот момент происходит какой-то сдвиг, в результате которого рождается новый человек. Ветхий человек умирает, умирает по-настоящему, т.е. ему больно и он хочет жить.

Митрополит Антоний о богослужении

«…Культуры сменялись, а общественное богослужение, опять-таки, его образы, словесное выражение, этос в большой мере зависят от культурного фона. Некоторые вещи понятны в рамках одной системы и менее понятны, а то и вовсе непонятны, в рамках другой. Помню (хотя это очень мелкий пример), насколько я был поражен тем, что встретил в Индии лет 12–13 назад. Я обошел христианские храмы в Нью-Дели. Набрел на храм баптистов из Уэльса, которые пели про зеленые уэльские долины. Нашел лютеран из Гамбурга, которые хором воспевали германские ели. Но ни один человек из там находившихся и глазком не видел зеленую долину, тем более в Уэльсе, или ель, тем более гамбургскую, просто потому что местность, где все это происходило, сухая, безлесная, зелени там нет. Они просто следовали жизненной установке, «литургической» традиции, которая принадлежала совершенно другой ситуации.